Морозов Алексей Николаевич

28 Марта 2017 17:48

Алексей Николаевич родился 8 июня 1963 года в г. Новокузнецке Кемеровской области. В 1986 году окончил юридический факультет Кемеровского государственного университета. 5 августа 1986 года был принят на службу в прокуратуру Кемеровской области на должность старшего следователя прокуратуры г. Прокопьевска.

С декабря 1986 года по январь 1988 года работал в следственной бригаде прокуратуры РСФСР, участвовал в расследовании уголовного дела по обвинению руководящих сотрудников милиции УВД Волгоградской области.  В 1988 году Генеральным прокурором СССР Рекунковым А.М. по итогам расследования этого уголовного дела был награжден ценным подарком.

Наставниками со времени поступления на службу в органы прокуратуры были прокурор г. Прокопьевска Пахирко А.Ф. (впоследствии Кемеровский транспортный прокурор), зам.прокурора Янкин Н.В. (впоследствии первый заместитель прокурора Кемеровской области) и ст.следователь прокуратуры Митюнин А.В. (впоследствии прокурор г. Прокопьевска).

Первым делом, расследованным мной в период августа-октября 1986 года, было незаконное производство аборта. Обвинение в совершении этого преступления мною (мне было 23 года) было предъявлено женщине, которая на тот момент была старше моей мамы, ей было 62 года, и мерой пресечения в отношении нее было избрано заключение под стражу. Помнится, что при передаче уголовного дела с обвинительным заключением прокурор города Прокопьевска Пахирко А.Ф. спросил у меня, где же паспорт обвиняемой, почему его нет в деле. Я ответил, что обвиняемая на протокол допроса показала, что паспорт ею утерян, тогда прокурор настоял, чтобы я возобновил следствие, вынес постановление о производстве обыска, он его санкционирует и я проведу обыск с целью отыскания паспорта. Когда я пришел сам лично в дом к родным обвиняемой и предъявил постановление о производстве обыска, они тут же добровольно выдали мне ее паспорт. После этого я снова окончил предварительное следствие, принес уголовное дело прокурору уже с паспортом обвиняемой и он сказал, что, мол, видишь, всегда нужно проводить все следдействия исчерпывающим и доскональным образом. Также прокурор, которому на то время было 52 года, отметил, что, мол, запомни на всю жизнь «уголовное дело - это лицо следователя и от того, как оно подшито, как оформлена обложка и прочее, многое зависит, попадет такое красиво оформленное внешне уголовное дело судье, и она подумает, какое хорошее уголовное дело, даже если там не все сильно с доказательствами». Я это запомнил на всю жизнь, и всегда затем, когда у меня появились ученики, и особенно когда я надзирал за следователями милиции, будучи замом прокурора Киевского района г. Симферополя, я в первую очередь требовал от следователей, чтобы обложка уголовного дела была отпечатана на компьютере, а не заполнена от руки, чтобы прокурор утверждающий обвинительное заключение и затем судья ясно видели фамилию и данные обвиняемого и статьи уголовного закона, по которым он обвиняется.

С 19.10.1991 я был переведен на службу в прокуратуру Крымской области на должность старшего следователя прокуратуры Железнодорожного района г. Симферополя. Через два месяца Советский Союз распался и, таким образом, я с 1996 года оказался гражданином Украины.

С 05.02.2001 года работал старшим следователем по особо важным делам следственного отдела прокуратуры АР Крым.

С 15.10.2007 года работал заместителем начальника следственного отдела прокуратуры АР Крым.

С 02.12.2011 года работал заместителем прокурора Киевского района г. Симферополя.

С 27.07.2012 года работал старшим следователем по особо важным делам следственного отдела прокуратуры АР Крым.

19.03.2014 года уволен из прокуратуры АР Крым и 20.03.2014 года принят в прокуратуру Республики Крым на должность следователя по особо важным делам следственного отдела.

20.10.2014 уволен из органов прокуратуры по сокращению (ввиду отсутствия следствия в органах прокуратуры РФ).

07.04.1987 года присвоен первый классный чин - младший юрист.

30.12.2004 года присвоен последний классный чин – старший советник юстиции.

В период работы в органах прокуратуры СССР и Украины за конкретные результаты работы получал ряд поощрений в виде ценных подарков, нагрудных знаков, медалей, досрочного присвоения классного чина, грамот, благодарностей, денежных вознаграждений.

В 2005 году присвоено почетное звание «Заслуженный юрист Автономной Республики Крым», в 2006 году присвоено звание «Почетный работник прокуратуры Украины» и в 2013 году присвоено звание «Ветеран органов прокуратуры Украины».

Все эти годы расследовал самые актуальные, значимые и многоэпизодные уголовные дела, которые всегда направлялись в суды и по ним выносились обвинительные приговоры.

В последние годы мною направлены в различные суды уголовные дела: - по обвинению ОПГ из 14 сотрудников милиции ЛО на станции Симферополь, которые на территории железнодорожного вокзала  г. Симферополя совершали разбойные нападения, избиения, кражи в отношении граждан Украины, России и других стран СНГ (2008 год);

- по обвинению председателя Апелляционного суда Крыма (2011 год);

- судей разных местных судов Крыма (2007-2009 гг.);

- сотрудников милиции разных служб Крымского главка милиции (2003-2014 гг.) и многих должностных лиц разных рангов.

- в марте 2013 года был вынесен приговор по уголовному делу по обвинению 11 сотрудников отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков Керченского ГУВД, которые делали «показатели» в сфере борьбы с незаконным оборотом наркотиков в отношении социально незащищенных людей, в том числе, и по контрабанде наркотиков из Российской Федерации, они мною были задержаны и арестованы в марте 2006 года. По делу выносились обвинительный приговор (2009 год без ОПГ и двое оправданных), затем оправдательный приговор. И лишь 04.03.2013 Симферопольский районный суд вынес обвинительный приговор всем участникам ОПГ (8-9 лет лишения свободы). 

Я воспитал многих хороших следователей, учил их воспринимать человеческую боль как свою личную и всегда оставаться человеком.

Наверное, самым запомнившимся уголовным делом является дело по факту убийства Белоконь Людмилы Анатольевны (у меня хорошая память на фамилии, имена, даты и номера), которое произошло на день милиции в 2000 году, я тогда работал старшим следователем прокуратуры Железнодорожного района г. Симферополя.

Белоконь на момент убийства было 50 лет, она жила в частном большом доме одна в микрорайоне «Украинка», у нее было две замужних дочери, которые жили отдельно. В советское время Белоконь долгое время работала на кораблях морского торгового флота поваром и была зажиточной гражданкой. Тем не менее, она сдавала комнаты в доме на ночь в наем.

И вот, 11 ноября в дневное время мимо ее дома проходила молодая соседская девушка, бывшая одноклассница ее младшей дочери, и увидела выходящего из ограды дома Белоконь незнакомого мужчину с дипломатом, хорошо запомнила его приметы и затем увидела дым из окна дома Белоконь. Девушка быстро вбежала в ограду, дверь в дом была не заперта на замок, и в доме она увидела лежащую на полу мертвую хозяйку Белоконь и начинавшийся пожар. Она смогла потушить пожар, вызвала милицию и "скорую".

Так получилось, что я изначально попал на это происшествие и затем расследовал уголовное дело от начала и до конца. Осмотр по делу, а по всем тяжким преступлениям особенно против личности, это самое главное в расследовании уголовного дела, был произведен очень хорошо, принимал участие Левченко А.П. и Синельщиков Р.К.

В первый же день, после обнаружения трупа Белоконь с признаками насильственной смерти (задушена, следы изнасилования) было установлено, что накануне Белоконь в вечернее время находилась на территории Железнодорожного вокзала Симферополя с табличкой о сдаче жилья, что к ней подошли незнакомые высокая женщина и мужчина тридцати лет и они втроем пошли с Белоконь к ней домой. Об этом показали три женщины, также как и Белоконь, сдающие жилье в наем, смогли составить фотороботы мужчины и женщины.

И на следующий день женщина была установлена, ей оказалась Галина Крючкова, недавно еще работавшая кондуктором в троллейбусном парке, дома у нее при обыске были обнаружены несколько пододеяльников и простыней, похищенные из дома Белоконь. Крючкова показала, что она с незнакомым мужчиной, с которым познакомилась в районе Железнодорожного вокзала, искала жилье на ночь и так попали в дом к Белоконь. В доме совместно с Белоконь, ее младшей дочерью и зятем пили водку, затем когда водка закончилась, то ее мужчина с зятем Белоконь ходили в ночной магазин и еще купили водку, стиральный порошок и закуску, затем дочь и зять Белоконь ушли, Белоконь отвела им комнату на ночь, и между ними произошел скандал, она взяла молоток и нанесла им несколько ударов по голове Белоконь, собрала новое постельное белье и убежала из дома Белоконь к себе домой, а мужчина с которым она была остался с Белоконь. Позже Крючкова заявила, что незнакомым мужчиной, что был с ней у Белоконь, и который, скорее всего, и убил  ее, является бывший водитель троллейбуса, с которым она вместе работала Балаклиец Константин. Нашли и привезли Балаклийца, он все отрицал, тем не менее, его опознали как лицо, которое на вокзале с Крючковой сняло жилье у Белоконь (женщина сдающие жилье), дочь и зять Белоконь, что он находился в доме матери, продавец ночного магазина и девушка, обнаружившая труп Белоконь. Провел очные ставки, Балаклиец продолжал все отрицать. Утром, когда я пришел в милицию в уголовный розыск, сотрудники мне передали явку с повинной Балаклийца, где он сообщал об убийстве Белоконь. Я один вновь стал допрашивать его и пришел к выводу, что он не убивал, что берет на себя убийство вследствие применения к нему недозволенных методов ведения следствия. Я не стал задерживать и отпустил его.

На то время еще не проводилось судебно-биологических экспертиз по ДНК, которые бы могли давать 100% результат.

Уголовное дело было возбуждено 11 ноября, в декабре заканчивался год, нужно было заканчивать по возможности все уголовные дела, чтобы не было переноса, поэтому Крючкову Галю я направил в суд по обвинению в разбое Белоконь, у нее была 5-летняя дочь, пожилые родители, с ней неоднократно и я, и оперсотрудники общались, убеждали ее рассказать, кто с ней был у Белоконь, но она лишь отвечала, что не помнит. В конце января 2001 года, когда при рассмотрении дела в суде по обвинению Крючковой прокурор попросил ей в качестве наказания 7 лет лишения свободы за три пододеяльника на 35 гривен, я и начальник криминальной милиции снова встретились с ней, пытаясь убедить ее признаться, кто с ней был у Белоконь, что мы сможем повлиять на приговор, но она нам ничего не рассказала.

В декабре 2000 года оперативным путем якобы установили, что убийство Белоконь совершил житель поселка Мирное, 1961 г.рождения, ранее судимый и находящийся на заработках в Тульской области. Двое оперативных сотрудников на старом «Москвиче», на бензине, купленном всеми оперсотрудниками в складчину, поехали в Россию и в Тульской области буквально выкрали этого гражданина Украины, привезли его в Симферополь. Его также опознали все указанные выше лица, и даже Галина Крючкова (ее дело на тот момент еще не было выделено из убийства), но этот гражданин так и не признался, хотя судебно-биологическая экспертиза, как и на Балаклийца и других мужчин, которых «примеряли» на это убийство, показала, что «не исключается» что этот гражданин мог совершать половой акт с Белоконь при ее жизни. Я также не стал его задерживать, хотя конечно испытывал давление в первую очередь со стороны сотрудников милиции.

В первых числах февраля 2001 года меня буквально заставили под угрозой увольнения вообще перейти на работу в аппарат прокуратуры Крыма, в следотдел старшим следователем по ОВД (спасать руководство прокуратуры Крыма, т.к. при расследовании уголовного дела по обвинению некого Пронякина во многих убийствах, в том числе и работников милиции, заслуженный следователь-важняк попал в наркодиспансер и его долго не могли найти на работе, но предварительно он отнес в СИЗО уведомление, что стражные сроки не идут, так как следствие окончено, а это было не так, с продлением до 9-ти месяцев никто в Киев не поехал и поэтому руководству грозила реальная опасность…).

Мне за мое согласие разрешили взять с собой из прокуратуры Железнодорожного района г. Симферополя любые уголовные дела. И я взял с собой, в том числе, и нераскрытое убийство Белоконь. Взял его потому, что в январе 2001 года японская компьютерная система «Сонда» (на то время эта машина работала по Украине всего несколько месяцев) показала, что некоторые отпечатки следов пальцев рук с убийства Белоконь принадлежат некому Зуеву, гражданину России, рецидивисту, последний раз судимому в декабре 2000 года в Евпатории за кражу домовых электросчетчиков, и отбывающему наказание  3 года в Запорожской области, и я тогда же в январе вынес постановление об этапировании этого Зуева из колонии в СИЗО Симферополя.

Как только я перешел на работу в следотдел аппарата прокуратуры Крыма, принял сразу многоэпизодное уголовное дело по обвинению указанного Пронякина (смог спасти всех руководителей без продления до 9-ти месяцев его стражи), в СИЗО прибыл Зуев. Как только я пришел в ИВС к Зуеву, переведя для удобства работы его туда из СИЗО, то Зуев все добровольно рассказал об убийстве Белоконь. Зуев рассказал, что он рецидивист, живет в Санк-Петербурге, приехал "на гастроли" в Крым, 10 ноября 2000 года хотел уехать из Евпатории в Питер, но билет на поезд купил лишь из Симферополя, приехал вечером в Симферополь, на Железнодорожном вокзале познакомился с женщиной Галей, сняли жилье у будущей потерпевшей Белоконь, пришли к ней домой, там была ее дочь с зятем, пили водку, затем он с зятем ходил в ночной магазин за покупками. Его все видели. Затем произошел конфликт с Галей, в него встряла хозяйка, Галя ее ударила молотком, украла белье и убежала, он остался с хозяйкой, вступал с ней по ее согласию в половую связь. На другой день обнаружил у себя пропажу 100 гривен, Белоконь на его вопросы ответила, что она же не бесплатно с ним спала, он возмутился и задушил ее, инициировал пожар, когда уходил из ограды дома его увидела незнакомая девушка. Все вышеуказанные свидетели опознали Зуева.

Зуев был осужден, с учетом его признания к 12 годам лишения свободы. И последнее, Зуев как две капли воды был похож на Костю Балаклийца и на того мужчину, что привозили из Тульской области. Кстати, этот мужчина до того, как прибыл Зуев, так и находился в спецприемнике милиции, почти три месяца, я лично извинялся перед ним от имени всех «за причиненные ему неудобства».